Category: природа

Верхний пост

Пишу не для мгновенной славы:
Для развлеченья, для забавы,
Для милых, искренних друзей,
Для памяти минувших дней.

(Кольцов).

"Пишем чего наблюдаем. Чего не наблюдаем, - того не пишем". (Адмирал Макаров С. О.)

"Аще где криво написал, то не кляните меня, грешного раба..."

"...кто черкает у книг по полям, на том свете бесы исчеркают ему лицо железом".

"...И чувства добрые я лирой пробуждал..."

Не беда, что вино мне милей, чем вода,
Труд любовный — желанней любого труда.
Мне раскаянья Бог никогда не дарует,
Сам же я не раскаюсь ни в чем никогда! (Омар Хайям).

Учился, путешествовал, писал,
бывал и рыбаком, и карасем.
Теперь я дилетант-универсал.
И знаю ничего, но обо всём. (Игорь Губерман, как будто про меня написал.)

"В глаз тому, кто злит шпану!" - это я просто для юмора добавил.

Чувство юмора у меня есть. Или нет. К некоторым записям я ставлю метку "юмор", но это на мой взгляд, который может не совпадать с Вашим.

Я не умею выдумывать. Такой вот недостаток у меня есть, причём не единственный. И не главный. И не недостаток.
Collapse )
(Этот верхний текст написал в 2009 году при создании журнала. и он - текст - не потерял актуальности.)

UPD от 27.04.19. Летом 17 года начал ежедневно публиковать "Сегодняшний выпуск" анекдотов. В качестве источника использую ежедневный выпуск анекдотов на сайте анекдот.ру, и лучшие за этот день до 5 места включительно.  Беру не все подряд, а мне понравившиеся, пусть даже я ни не согласен с идей или утверждением того или иного анекдота.
***
Завел канал в Дзене - https://zen.yandex.ru/profile/editor/id/5d63dae9b5e99200aed90460
Устав от бт беззастенчивого копипаста на Пикабу, пользователи которого не приучены указывать ссылку на источник заимствованного контента, - завел там учетную запись: https://pikabu.ru/@Nemolodoj
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Руал Амундсен, Тур Хейердал, Виктор Гладков...

Я рассказывал уже, как инспектор природоохраны прогнал меня с горы Южная, и посоветовал обратиться на Биостанцию по поводу экскурсии по Карадагскому заповеднику.
При входе на территорию этой биостанции прочёл объявление, что в связи со особенностями нынешней природоохранной ситуации экскурсии временно не производятся.
В административном корпусе станции пошёл на голоса. Один голос был сотрудницы, второй – туриста из Тюмени.
Со мной они поздоровались и продолжили разговор.
Этот тюменский турист оказался не из простых. Энтомолог (кстати, редактор раздела «Насекомые» «Красной книги Тюменской области»), палеонтолог-любитель, страстный турист, эколог (нормальный эколог, не из шизанутых).
С сотрудницей биостанции он вёл достаточно профессиональный разговор, щеголяя латинскими фамилиями насекомых-аборигенов, и русско-украинско-еврейскими фамилиями общих знакомых из научных кругов.
Я вежливо слушал, попеременно поддакивая ей и ему.
Наконец милая дама взглянула на часы, и сказала, что вот сейчас придёт Костя, который завтра запускает в заповедник МЧСников для подготовки туристической «Экологической тропы». И вот Павел (энтомолога зовут Павел Ситников) именно с Костей сможет поговорить о возможности присоединения к этой группе.
Пришёл Константин.
Павел вывалил перед ним кучу зубов дракона, ой, простите, не дракона, а палеогеновых акул. В пояснительной записке он написал, что найдены они в Свердловской области. А на словах добавил, что эти акулы водились и здесь, а потому вполне заслуживают помещения в экспозицию музея.
После этого вопрос о завтрашней прогулке Ситникова по заповеднику был решён.

DSC_0101
Уже раньше та научная дама объяснила Павлу, что разрешение на эколого-просветительские экскурсии по заповеднику прежде давал Киев. Сейчас же, понятное дело, эти документы оформляются Российскими властями. Министерство Экологии и природопользования Крыма всего неделю, как создано. Ещё неясно – к кому отнесут заповедник – то ли к Министерству Экологии и природопользования РФ, то ли к Академии наук. Понятно, что к Академии наук лучше. Потому что на здешней биостанции работают такие учёные, и готовятся такие диссертации, которых и которые в министерстве экологии могут не оценить должным образом.
И вот сейчас, - пояснила нам эта сотрудница, - туристический сезон на носу, и мы лихорадочно решаем организационные вопросы, готовим документы и получаем разрешения.  (Прежние годы музей Биостанции, океанариум и "Экологическую тропу" Карадагского заповедника посещали за сезон до 20 000 туристов. Более половины их составляли жители Украины.)
А Костя теперь рассказал, что обустройством безопасности «Экологической туристической тропы» всегда занимались МЧСники по договору. Сейчас же, в связи со всеми со всеми этими организационными сложностями и переименованиями, договор не заключён, но, тем не менее, МЧСники Феодосийской горноспасательной станции, завтра приедут натягивать страховочные верёвки на потенциально опасном участке «Экологической тропы». И, поскольку строгость пропускного режима на территорию заповедника поддерживается, Павел может посетить Кара-Даг со своими научными целями только в составе их группы.
Вежливо кашлянув, я поинтересовался:
- Ну и я же с ним могу?
Костя и Павел обратили на меня взоры:
- …
Самой время было представиться:
- Дикий турист из Подмосковья. (Щеголять удостоверениями пресс-службы районной администрации и внештатного корреспондента газеты «Наше слово» я счёл преждевременным. Но Никон-зеркалку невзначай засветил.)

Продолжение следует...
 ***
Мой канал на Дзене - https://zen.yandex.ru/profile/editor/id/5d63dae9b5e99200aed90460

Озеро невест

«Я не могу спасти мир. Но я сделаю, что смогу».

Отставной моряк жил на берегу живописного озера.
Иногда наблюдал приезжающих на пикник горожан.
Уступая просьбам, катал детей или влюбленные пары на своей лодке.
Хмурился потом и вздыхал, убирая оставленный ими на берегу мусор.

А однажды взялся за дело.Collapse )

Чинарик

В тундре несколько складов и избушка – это наш дальний караул ВВ. Склад артвооружений и боеприпасов нашей части, склад взрывчатых веществ «Тиксистроя», и еще какие-то.
Караул состоял из сержанта – начальника караула, и троих рядовых – караульных («штыки» по-нашему).
Паек в дальние караулы завозили на десять дней, а караул – на сутки.
Если начиналась пурга, караул не меняли до её окончания. Потому что во время пурги снег летит стеной. Бывает, что вытянув вперед руку, не видишь рукавицу на ней.
Большую часть суток начкар спал. В остальное время писал письма, болтал по телефону с другими начкарами, «дрючил» штыков.
Штыки готовили еду на встроенной в печь плите, наводили чистоту, кололи дрова, по очереди заступали часовыми, и спали тоже по очереди.
Два часа стоишь на посту, потом два часа в бодрствующей смене, и два часа в отдыхающей смене – спать не раздеваясь, но можно разуться. В «бодряке» - поддерживать огонь в печи, отвечать на телефонные звонки, готовить ужин/завтрак/обед, мыть посуду. В оставшееся время, а его в «дальнике» хватало, - читать, писать, мечтать.
На посту курить нельзя, а в остальное время – смоли, сколько влезет. Если курево есть.

Рассказывали, что в старые времена солдатам было положено табачное довольствие. В казарме на тумбочке дневального всегда стояла коробка с махоркой, и лежала пачка нарезанной бумаги для самокруток.
В начале восьмидесятых, когда я служил, этого уже не было.
А денежное довольствие было – семь рублей в месяц.
Два рубля сразу сдавали старшине на ротные нужды, а на остальные могли шиковать, ни в чем себе не отказывая.
Сигареты без фильтра стоили 14-18 копеек, «Беломор» - 25, «Ява» в мягкой пачке – 30, Болгарские «Аэрофлот», «Стюардесса» и «Opal» - 50.
Хотелось и в «Чайную» сходить. Там продавались пирожные «Полоска» за 22 копейки, пряники, печенье, сгущенка, другие деликатесы.

Дальние караулы мы любили. Там не чувствовалось давления армейской системы.
Просто делаешь свое дело, и как будто сам себе хозяин.
Однажды мы заступили на «ВВ», с одной пачкой «Беломора» на четверых. Ну, так получилось. Может, перед получкой дело было. Что все оказались без денег, и не у кого было занять. Поэтому курили очень экономно, - втроем одну папиросу. Каждый делал две затяжки, и передавал следующему. Втроем, - потому что один же на посту.
Начкар Андрюха Линьков пару раз позволил себе выкурить целую.
В четырнадцать часов сменившийся с поста Савинов сообщил, что начинает «задувать».
Встревоженный Линьков вышел наружу и вернулся помрачневший, - мороз упал, и ветер гнал злую поземку. Именно так пурга всегда начиналась. У нас оставалось две папиросы. А пурга могла задувать и один-два дня, и две недели.

Была еще надежда, что до восемнадцати часов, когда должна была приехать смена, пурга не успеет разгуляться, но уже через час, увидев, что ветер усиливается, а снег все гуще, Линьков вызвал с территории поста Томского, чтобы тот не потерялся в тундре. Во время пурги часовые дальних караулов не выходили на посты, а отстаивали смену в тамбуре караульного помещения.
Позвонил дежурный по части и сообщил, что смены не будет.
Время тянулось медленно и скучно.
Служба шла заведенным порядком. Караульный третьей смены кулинарил, первой – мыл посуду и производил уборку. В свои смены выходили на «пост» в тамбур.
Очень хотелось курить.
Обшарили все углы, заглядывали в щели у плинтусов, в надежде отыскать уроненные кем-нибудь раньше, или заныканные чинарики.
К сожалению, предыдущий караул чем-то прогневал своего начкара, и он их заставил сделать генеральную уборку.
Всё помещение было вылизано, кафель, которым была обложена печь, сиял чистотой, нигде не было ни соринки.
Скрутили «козью ножку», насыпали в неё чай, но он был негодной заменой табаку.
Пурга мела третьи сутки.
Я отсидел свои два часа в «бодряке», разбудил Савинова.
Он надел полушубок, зарядил автомат и сменил в тамбуре Томского.
Линьков спал.
У меня началась отдыхающая смена.
Прежде, чем завалиться на топчан, я обычно отодвигал его на несколько сантиметров от печи, чтобы потом, привалившись к ней боком и с головой укрывшись полушубком, дышать прохладным воздухом из щели между печью и топчаном.
В этот раз я решил, что хватит уже пролеживать правый бок, и развернул топчан изголовьем в другую сторону, чтобы теперь спать на левом.
Лёг, укрылся, и увидел, что чуть ниже изголовья уголок одной кафельной плитки отколот. За плиткой пустота, а из образовавшегося на сколе отверстия выглядывает сигаретный фильтр.
Я сразу восхитился белизной его набивки. При курении ведь фильтр желтеет, а этот был почти девственно белый. Значит, бычок должен быть больше, чем в полсигареты!

Затаив дыхание, протянул к торчащему кончику фильтра руку.
Представил, как мы будем отбивать кафель от печи, и сколько потом будет мусора, если сейчас неловким движением столкну окурок глубже.
Осторожно взялся за фильтр, и потянул его вверх и на себя.
Я все ещё не дышал.
Томский позвякивал кастрюлями на кухне. Савинов громыхнул прикладом о дощатую стену тамбура. Повернувшись во сне, скрипнул топчаном Линьков. В печи гудел огонь, и потрескивали дрова. Снаружи, сотрясая стены и вбивая снежную пыль в мельчайшие щели, завывал ветер. А я все вытягивал эту обыкновенную болгарскую сигарету из-за скверно положенной плитки.
Она – сигарета - казалась мне длинной, как железнодорожный состав.
Вот она вся у меня перед глазами.
Совсем целая.
Только краешек бумаги на кончике опален.
Линь! Линь! – позвал начкара.
Линьков рывком поднялся.
Показал ему сигарету, держа её, как восклицательный знак.
Не сводя с неё глаз, он вытащил из кармана спички.
Я прикурил, и после второй легкой затяжки, чувствуя приятное головокружение, протянул сигарету ему.
Из кухни выглянул Томский.
- Табуретку захвати, - посоветовал ему Линьков. Томский подсел рядом, и воспользовался своей очередью затянуться.
Савинов в тамбуре перестал топотать ногами, и, скрипнув дверью, заглянул в помещение.
Линьков позвал и его.
Мы сидели. Сделав по две лёгкие затяжки, передавали сигарету друг другу, провожали её взглядом, и снова делали две затяжки…


«Курение вредит вашему здоровью». Но вот так было.

Тундра. Пурга. Жарко натопленная печь. Четверо возле одной сигареты…
 ***
Разместил на Дзене - https://zen.yandex.ru/media/id/5d63dae9b5e99200aed90460/kak-my-v-dalnem-karaule-bedovali-bez-kureva-5d6a47ae98fe7900ad10098d